среда, 27 июня 2012 г.

НЕБО В ЖЕЛТОМ

В машине тепло и сухо, и пахнет мимозой. Я знаю, ты любишь эти цветы. Я покупаю их целыми охапками и расставляю в вазах по всей квартире. Они поселились даже в моей машине – позавчера ты оставила их на заднем сиденье, а я не стал убирать их. Мне нравится этот запах, он – отражение тебя. Часами, просиживая в пробках, я часто закрываю глаза и вспоминаю твой задорный  детский смех.
      Ты сидишь рядом. Ярко-рыжие волосы собраны в два смешных хвостика, во рту чупа-чупс. Ты слушаешь музыку в наушниках и громко подпеваешь, не попадая в ноты. У тебя нет ни голоса, ни слуха, но мне это даже нравится. Тебе двадцать семь, а ты маленькая забавная девочка, нескладный подросток-хиппи. Мне двадцать пять, а я уже зрелый, умудренный опытом мужчина. Кто-то скажет, что мы из параллельных миров. Возможно, он даже будет прав. Но мне все равно.

      Ты поешь очень громко и беззастенчиво, а я ловлю каждую нотку твоего звонкого голоса. Мне хочется запомнить его навсегда. Мне дорог каждый миг этой длинной дороги.
      Я везу тебя в аэропорт
      Твой рейс через полтора часа. Пройдет каких-то девяносто минут, и я больше никогда тебя не увижу. Ты улетишь в Англию. Там тебя ждет съемная квартира и новая работа, куда лучшая, чем сейчас. Там найдутся люди, сумеющие по достоинству оценить твой дар художника. Может быть, когда-нибудь ты нарисуешь и меня. Это будет большой светлый портрет, и я на нем буду улыбаться.
Все это будет потом. Сейчас я просто везу тебя в аэропорт, чтобы увидеть, как ты уходишь навсегда, распевая одной тебе известную песню.
            ...Ты помнишь, как мы познакомились? Я помню все это так, как будто бы это было вчера. А на самом деле, не припоминаешь? Четыре с половиной года назад.
      Ты в это веришь? Лично я – нет.
      Я несся на деловую встречу, жутко опаздывал и ругался сквозь зубы, от досады путая педали газа и тормоза. На одном из перекрестков я забыл притормозить, и чуть было не сбил тебя. Ты шлепнулась в грязь, испачкала свои оранжевые штаны, вскочила на ноги и обругала меня с ног до головы. Я уловил нечто вроде "психостеник несчастный", и это почему-то меня здорово развеселило. Наплевав на деловую встречу (все равно уже безнадежно опоздал), я повез тебя домой. И пахло от тебя тогда точно так же – мимозой и клюквой. Я только потом узнал, что ты ешь эту клюкву целыми ведрами.
      С тех пор я отвозил тебя куда угодно. Мне нравилось находиться в твоем обществе. Ты была по всем моим понятиям ужасно неправильной, непозволительно безапелляционной и ироничной. Ты кормила меня апельсинами и томатным супом. Немного странно, но очень вкусно. Я забывал тебе в этом признаться. 
      Ты знаешь, вот сейчас я еду по городу и понимаю, как много я не успел тебе сказать. Даже если начну рассказывать прямо сейчас, все равно не уложусь в эти пресловутые девяносто минут.
      ...Кажется, с самого начала ты знала обо мне все. Я о тебе – ровным счетом ничего. 
       А ты помнишь, как мы ехали в кино, и ты вдруг сказала мне:
      – Отвратительные стекла.
      – Что? – переспросил я с непониманием.
      – Стекла, – пояснила ты. – Стекла в машине. Они у тебя черные.
      – И что?
      – Желтые, – уверенно заявила ты. – Они должны быть желтыми.
      Я засмеялся. Не принял это всерьез.
      А когда я уехал в командировку, ты забрала мою машину и поменяла в ней окна. Помнишь мое лицо, когда я впервые увидел, что изнутри они абсолютно, совершенно желтые? Я кричал на тебя долго и с упоением, а ты улыбалась. Но, знаешь, вскоре я привык. Эта ненавязчивая, теплая желтизна сделала мой мир ярче.
Когда твой самолет потеряется на горизонте, я сяду в свою машину и буду долго смотреть на небо в желтом цвете. Потом я приеду домой и куплю целую коробку мимозы и ведро клюквы. Я буду раскидывать эту клюкву по полу, а цветы поставлю в твои яркие разноцветные вазы. Они будут стоять долго, а потом я куплю еще. Это твой запах. Он мне дороже денег.
      Мы подъезжаем к аэропорту. У меня остается максимум минут десять. Я останавливаю машину, выключаю двигатель. Медлю. Ты вынимаешь наушники из ушей, выкидываешь в открытое окно палочку от чупа-чупса. И смотришь на меня.
      Я хотел бы никогда не выходить из этой машины. Вот так сидеть и держать тебя за руку. И чтобы пахло мимозой. А небо всегда было желтым.
Конечно, все это не более чем иллюзия.
      Мы выходим из машины. Я ставлю у твоих ног чемодан. Он тоже желтый – как небо, как солнце, как наши с тобой четыре с половиной года. Ты что-то теребишь в руках.
      Поднимаешь на меня глаза.
      – У меня их два.
      – Что? – это наша с тобой игра. Ты говоришь, я переспрашиваю.
      – У меня два. Два билета.
      Я беззвучно открываю рот и вдруг начинаю хохотать. Я смеюсь долго и со вкусом.    Ты стоишь как вкопанная, не сводя с меня удивленного взгляда. Переводя дыхание, я отвечаю:
      – А у меня их тоже два.
      – Что? – твои губы трогает детская смущенная улыбка.
     Два чемодана, – со смехом объясняю я, доставая из багажника свои вещи.





настроение: солнечно-Пушистое
хочется: понюхать Мимозу
слушаю: лекции о Театре
думаю: съесть Чупа-чупс

Идея чья-то,
зарисовка, доведенная до ума, моя
литературное редактирование
на тему Отношения, Тепло, Романтика
http://gesiona.blogspot.com/2011/07/blog-post_7999.html